Село Скородное: бережно хранимые в библиотеке материалы позволяют прикоснуться к великой истории

Несломленный дух: история Алексея Горбунова

Алексей Семёнович Горбунов навсегда запомнил один из боёв под Москвой. Тогда, в районе Подольска, поломка его машины, подвозившей снаряды, вынудила его остановиться. Рядом с шоссе работали женщины. Одна из них, пожилая, подошла. Строго взглянув, она спросила:

– Вы, сынок, добрый сержант, можете фашистов до Москвы не допустить?

– Не допустим, мамаша!

– Это верное слово?

– Верное!

– Смотрите, народ не простит, если Гитлеру Москву отдадите!

Алексей Семёнович так и не узнал имени этой женщины, не знал, как сложилась её судьба. Но её слова врезались в память. Русские женщины не могли поверить в возможность сдачи Москвы врагу. В это не верили и бойцы. Не верил и Алексей Семёнович. Он знал: Москва врагу не достанется.

Устранив поломку своего ЗИС-5, Алексей Семенович продолжил путь. Подъезжая к огневой точке, он увидел впереди взрыв снаряда. Выскочив из машины, побежал и обнаружил раненого солдата по имени Миша, который рассказал, что расчёт из восьми человек погиб, остался только он один. Вдвоём они заняли позицию у уцелевшей пушки.

«Миша стал наводчиком, я – заряжающим, – вспоминает Алексей Семёнович. – Мы начали вести огонь по вражеским танкам, которые двигались левее, на другие позиции. Нам удалось остановить несколько бронированных чудовищ. Я видел, как солдаты с гранатами бросались под танки, подрывая их».

Тяжело даже в мыслях возвращаться в тот кровавый бой, в прошлое. Ценой огромных усилий им удалось отбить атаку. На следующее утро, в восемь часов, бой разгорелся с новой силой и длился несколько часов. Наводчик Миша погиб, а Алексей Семёнович выжил.

После очередной атаки у бойцов выдалась короткая передышка. Кто курил, кто писал письма домой, кто просто отдыхал. Сержант Горбунов писал в родное Скородное матери Ульяне Васильевне.

«Проклятый враг всё стремится к нашей дорогой Москве. Но ему не дойти, он будет разбит. Недалёк тот час, когда мы будем его гнать, и гнать так, что он не будет знать, куда деваться. Обо мне не беспокойся. Если я погибну, то смертью героя, но погибать не собираюсь, твой сын Алёша».

Старший сержант Горбунов не раз оказывался в критических ситуациях. Но, видимо, родился «в рубашке»: судьба уберегла его от ран и гибели в бою. Алексей Семёнович водил машину под огнём и взрывами, ему приходилось вставать к орудиям, заменяя погибших товарищей.

Он вспоминает, какое огромное впечатление на всю жизнь оставила битва под Москвой. Каким подвигом непобедимости и братства она стала.

Восемь лет Горбунов отслужил в Красной Армии, из них четыре года – на войне. Он не получил ни одного ранения, хотя лёгкого пути не искал. Всегда находился на передовой, под взрывами и обстрелами. Ему посчастливилось служить под командованием таких прославленных военачальников, как Тимошенко, Жуков, Катуков, Василевский. Пример этих легендарных полководцев был для него святыней. За заслуги перед Родиной Алексей Семёнович Горбунов награждён многими медалями и орденом Великой Отечественной войны.

Демобилизовавшись в 1946 году, Горбунов вернулся в Скородное. Его жажду работать и созидать односельчане заметили сразу. Уже через год его избрали председателем колхоза. И завертелось колесо послевоенной жизни. Горбунов занимал руководящие должности, трудился за рулём автомобиля, работал завхозом. На любом месте он оставался честным, ответственным и добросовестным. Он – один из тех героев, которые, не щадя своих молодых жизней, отстаивали столицу нашей Родины.

Заведующая взрослым отделением Скороднянской земской библиотеки Неля Седых

О жизни на чужой земле в годы Великой Отечественной войны

Воспоминания угнанной на работы в Германию жительницы села Скородное.

Война принесла немало горя нашим людям. В полной мере хлебнула его в лихолетье жительница села Скородное Мария Трофимовна Чуева. Воспоминая о прожитом времени на чужбине, записала её дочь Александра Алексеевна Борзых.

«…Перед войной я и другие девушки из Скороднянского района поехали на заработки в Калининскую (сегодня Тверскую) область на добычу торфа, там меня и застала война. Немецкие оккупанты на территории Калининской области оказались почти в самом начале войны. Предшествовали этому ожесточённые бои. Самое страшное началось позже, когда немцы пришли в посёлок, где мы жили. Всех нас под угрозой расстрела при побеге, отправили на железнодорожную станцию и в товарных вагонах повезли в Германию. Там началась моя жизнь в качестве «остарбайтера». Прибывших людей разделяли по образованию, здоровью, умениям и навыкам. Кто-то попадал на заводы, фабрики, кто-то прислугой в богатые дома, кто-то к фермерам. Я оказалась в распоряжении так называемого «бауэра» – фермера. Многое зависело от хозяев, к которым попадёшь, и мне, можно сказать, повезло, мои хозяева относились к остарбайтерам по-человечески, особенно она жалела нас, молодых девушек и подкармливала хлебом и сахаром. Трудились мы на ферме, а ещё ухаживали за детьми хозяев. Домой хотелось всегда, особенно вечерами. В такие минуты с девушками, с кем была у хозяев, мы выходили на улицу и долго смотрели в сторону дома. Так длилось с осени 1942 по апрель 1945 года, когда нас освободили. Мы очень этому обрадовались, но ещё больше были рады, когда узнали о Победе. Но домой я приехала только в ноябре. До этого мы проходили много проверок и только после них нам разрешили уехать».

После прибытия на Родину Мария Трофимовна работала в швейной артели «Герой труда», в 1948 году она вышла замуж за Алексея Васильевича Панькова. Воспитала троих детей, одна из которых Александра Алексеевна Борзых, пересказавшая эту тяжёлую страницу жизни матери.

Марии Трофимовне повезло, она попала в порядочную немецкую семью, но многие, угнанные в то время в рабство, не перенесли испытаний и нечеловеческих условий жизни и работы.

Елена Борзых, невестка Александры Алексеевны Борзых

Две реки, одна судьба: история Егора Анисимовича Крылова

Нева, величественно омывающая берега второй столицы России, и Волга, матушка-река, разделены сотнями километров. Эти столь разные и далёкие друг от друга водные артерии неожиданно сплелись в судьбе Егора Анисимовича Крылова.

Его военный путь начался под Ленинградом, в октябре 1940 года. С торфоразработок, куда он попал по вербовке из родного села Скородное, Егора призвали в ряды Советской Армии. Его зачислили в 28-й кавалерийский полк. Именно на берегах Невы, под Ленинградом, он впервые вступил в бой. Тяжёлое осколочное ранение в правую руку и левую ногу, а также контузия с потерей сознания, отправили его в госпиталь города Невьянска на Урале.

После выздоровления, спустя шесть месяцев, Егор Анисимович был направлен прямо из госпиталя под Сталинград. Он прибыл на фронт 17 октября 1942 года.

«Для меня Сталинград – вторая родина, – вспоминает командир расчёта 82-миллиметровых миномётов. – Пройти через сражение на Волге и выжить – это всё равно, что родиться заново».

Сержант Крылов, которому тогда исполнилось двадцать лет, встретил свой день рождения под Сталинградом.

Егор Анисимович родился в 1922 году в крестьянской семье. Его отец, Анисим Кузьмич, участник Великой Отечественной, вернулся домой в 1946 году, но тяжёлые раны не позволили ему долго жить.

«Образование у меня – три класса», – говорит Егор Анисимович. В компартию он вступил в 1944 году в Белоруссии.

Сталинградская битва навсегда осталось в его памяти:

«Она у меня вся перед глазами. Да, немало было тяжёлых и тревожных дней, потребовавших величайшего напряжения сил и воли. По десять-четырнадцать атак в день отражали. Аренами смертных схваток были дворы и лестничные клетки. Металл плавился, камни обугливались, а мы держались. Ничто не могло сломать нас», – с гордостью вспоминает он.

Город был разрушен до основания: ни метра земли, где бы не упала бомба или не разорвался снаряд. Но сожжённый и израненный Сталинград не сдавался. Кипел страшный, бесконечный смертельный бой. Город погрузился в огонь, пламя пожаров поднималось на десятки метров.

«Здания рушились. Дым и пыль резали глаза. А мы упорно шли в бой».

Егор Анисимович вспоминает, как четырежды вытаскивал своего командира взвода, Клима Бойко, из-под горящих танков. Тот, вернувшись с «того света», снова вступал в бой и дошёл вместе с ним до Кенигсберга, где погиб при взятии города. Сам Егор Анисимович награждён медалью «За взятие Кенигсберга».

В памяти Егора Анисимовича жив и командир батареи Седин, который пять раз был ранен. Только шестое ранение в позвоночник не позволило ему вернуться в строй. Он жил в Харькове.

«До сих пор стоит перед глазами картина: раненые в живот лежат с вывернутыми внутренностями и просят смерти. Тела убитых. Их так много, что трудно идти. В самых невероятных позах – так, как их настигла смерть. Всего несколько минут разговаривал с товарищами, ставили перед собой задачу, торопились – и смерть. На войне смерть видишь рядом так часто, что привыкаешь к ней. Притупляются чувства, вырабатывается какое-то безразличие. Наверное, это самое страшное, что может породить война. Но никогда не привыкнешь к гибели своих товарищей, друзей, с кем воевал, с кем переживал горе и радость. А теперь они лежат на склонах земли Сталинграда и никогда им не подняться. В окопах Сталинграда стояли плечом к плечу сыны России и Украины, Белоруссии и Прибалтики, Кавказа и Сибири, Казахстана и Средней Азии. И мы тогда понимали, что значит долг, честь, совесть, вера. И любовь к великой Отчизне даже в то тяжёлое время народ испытывал гораздо большую, нежели сейчас».

Родина высоко оценила подвиг героев Сталинграда, в том числе и Егора Анисимовича Крылова. Он был награждён орденами Красной Звезды, Славы II и III степеней, а также медалями «За оборону Сталинграда» и «За отвагу».

Егора Анисимовича не обошла вражеская пуля. Под Сталинградом его ранило в левую руку. После выздоровления он снова был направлен в свой гвардейский 28-й полк шестой дивизии, с которым прошёл через Кенигсберг до реки Эльбы. Там, на Эльбе, он встретил День Победы.

В 1946 году Егор Анисимович вернулся Скородное вместе со своим отцом. Его дальнейшая жизнь, как и жизнь многих фронтовиков, была наполнена трудом и памятью о пережитом. История Егора Анисимовича Крылова – это не только история одного человека, но и часть великой летописи страны.

Заведующая взрослым отделением Скороднянской земской библиотеки Неля Седых